Во мгле грядущее, а память не грустит –
весь жар любви в запаянном сосуде…
Быть может сердцу горько, что пиит
злословию бездельника подсуден?
Быть может боль – совсем уже не боль,
быть может радость – грош неразделимый?
Стучатся в дверь, и строится конвой,
гремя доспехами и проклиная климат...
Быть может, нет на свете уголка,
где голуби ворчат под старой крышей,
где миг дрожит как жилки на руках
и час застыл, и маятник не дышит?
Мы для того приходим в этот мир,
чтоб отцвести цветком неповторимым –
скользить как лезвие, взрывая снежный жир,
и замирая, как в пассаже мима.
Придет весна в распахнутом пальто,
девчонкой с удивленными глазами,
придет сонетом, сказкою о том,
что нам с тобой вчера недосказали.
Придет как пыль нехоженых дорог,
как стук копыт на стук сердец похожий –
и настежь дверь, и заскрипит порог,
и старый боливар на вешалке в прихожей…
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Поэзия : Гефсимания - Вадим Сафонов У каждого своя Гефсимания.
На этой неделе в ленте промелькнула очередная дата присвоения Нобелевской премии по литературе Борису Пастернаку. От последней, из-за чудовищного давления советской машины, он отказался. Одним из самых знаменитых его произведений является роман \"Доктор Живаго\", о судьбе русской интеллигенции начала 20 века.
Будучи также поэтом, он включил в роман цикл стихов. Самым знаменитым стало \"Гамлет\", которое декламировали многие знаменитые советские актеры 2-ой половины XX века. То самое, в котором \"жизнь прожить - не поле перейти\".
Но меня зацепила другая цитата:\"Если только можно, Авва Отче, чашу эту мимо пронеси\". Эта фраза из молитвы Иисуса Христа в Гефсиманском саду. Это были последние часы, когда Иисус, будучи на свободе, мог предотвратить арест и казнь. И в этот момент он как никогда был близко к нам, обычным людям, находящимся в стрессовых ситуациях. Сотни и тысячи лет после тех драматических событий в Иудее, мы, понимая неотвратимость ужасного, поднимаем глаза к небу и говорим\"да минует меня чаша сия\".
Несколько дней я находился под впечатлением переживаний нет, не собирательного образа Гамлета, или Юрия Живаго, или самого Бориса Пастернака, затравленного после той злополучной Нобелевки. А пронзительного стенания Сына Божия, в котором сплелись переживания всех людей, стоящих перед пропастью.
Сохранен размер и рифма \"Гамлета\" Бориса Пастернака, присутсвуют некоторые аналогии.
